X
X
Глава - 15: Три Основы Экзаменов
Предыдущая глава
Eng
Следующая глава

 Видя, что все карты выложены, Ду Рухай не стал больше скрывать откровенную угрозу. С его властью и статусом ему не было необходимости быть вежливым с герцогом, который вот-вот лишится власти и влияния. Цзян Фэн сперва хотел с надеждой попросить о снисхождении, но, услышав последнюю фразу, произнес: «Организатор Ду, если на то ваша воля, оскорбляйте меня как угодно, но сына моего не трогайте! Что такого, чтобы побыть бездельником в молодости? Вы уверены, что мой сын не изменится? Говорят же, оскорбляй старого, но не молодого!» «Красивый речевой оборот! Вы пытаетесь сказать, что ни от чего нельзя зарекаться? И молодого человека нельзя оскорблять за его бедность? Ха-ха-ха»… - Ду Рухай, смеясь, запрокинул голову. – Да очнитесь! Не будь ваш сын таким счастливчиком, вы бы его уже похоронили и не пытались бы сейчас выслужиться передо мной!» Он широко взмахнул свободными рукавами и гордо направился к выходу. «Ого! – стоявший рядом со своим отцом Цзян Чен заговорил. – И это Ду Рухай? Если я правильно помню, последний раз мой отец послал вам шестьсот тысяч серебра от моего имени. По моему вопросу вы больше беспокоиться не собираетесь, но намерены делать вид, что не в курсе существования этих денег?» Ду Рухай резко остановился, и из глаз его вырвались гневные искры. Он пристально уставился на Цзян Чена, излучая такой яркий свет гнева, будто собирался поглотить Цзян Чена целиком. Но кое-чего он не ожидал: когда его злобный взгляд встретился с полными спокойствия глазами Цзян Чена, он внезапно вздрогнул всем телом, точно провалился в некий ледяной ад. «Какого черта? Взгляд этого мальца»… Ду Рухай успокоил себя, как мог, сказав себе, что это была всего лишь иллюзия. «Шестьсот тысяч серебряных? Поищи-ка их в официальной казне! Подкуп должностного лица – весьма серьезное преступление. Я же не такая коррумпированная личность, не так ли? Так что ваше серебро я уже давно передал в официальную казну!» Не было ни шанса, что Цзян Чен поверит в такую откровенную чепуху. Как может кто-то выплюнуть сочный кусочек мясо, который он уже поднес ко рту? А этот Ду Рухай и подавно ни разу не напоминал честного и добропорядочного человека. Казалось, что Лонг Джукс и другие наследники начали выступление против него, потому что он отказался передать Драконью Солнечную Траву! Будь здесь старый Цзян Чен, оскорбления настолько благородных сыновей и наследников, в сочетании с самим организатором Испытания Затаившегося Дракона, сулили бы ему неминуемую гибель. Однако, чего Цзян Чену было опасаться сейчас? Все они в его глазах были не более, чем назойливыми мухами. Немного времени, и он сможет многократно наказать их до смерти. Отметив губами некое подобие ледяной улыбки на лице, он посмотрел на напыщенного Ду Рухая и заговорил: «Ду Рухай, добиваться благ и избегать потерь – часть человеческой природы. Не зазорно бояться влиятельных герцогов. Но задирать, пугать и оскорблять мою семью Цзян – о том, что это было роковой ошибкой, вы узнаете слишком поздно». Если бы Ду Рухай вежливо и почтительно отказал Цзян Фэну без взаимной потери лица, Цзян Чен бы все понял. Но Ду Рухай давно взял деньги, а вот сегодня решил отказаться от своих обещаний. Хорошо, отрекайся, сколько хочешь, но деньги верни. А если и деньги хочешь себе оставить, то, как минимум, покажи соответствующее отношение! Занять такую жесткую позицию и быть столь самоуверенным? Он что, уже рассматривал семью Цзян как груду костей в могиле, цветочек-однодневку, который увянет уже завтра? Подобное отношение без труда привело Цзян Чена в бешенство. «Ах, Чен. Не стоит раздражаться из-за Ду Рухая. У него второе место среди всех организаторов Испытания Затаившегося Дракона. – Цзян Фэн слегка вздохнул. – И твой отец услышал, что тот, кто на первом месте, не пытается задавать много вопросов. Много энергии и основных полномочий он передал Ду Рухаю, чтобы тот делал так, как считает нужным. Он просто периодически выслушивает отчеты Ду Рухая. Так что не будет преувеличением сказать, что именно он всем заправляет». Как герцог, Цзян Фэн был героически храбрым. Но с точки зрения стратегии или борьбы за власть, он был полным нулем. Цзян ЧЕн не знал, смеяться ему или плакать. У него было достаточно времени, чтобы разобраться в ситуации, с момента перевоплощения. Неужели беспорядок, оставленный прошлым Цзян Ченом, был так велик, что ту не могли помочь даже деньги? «Ох, Чен, не унывай. Я буду продолжать думать, и верю, что мы найдем другой способ достигнуть цели. Не говоря уж о»… Есть поговорка, что любящая мать накликает на сына беду. Но с таким отцом, как Цзян Фэн, Цзян Чен понял, что беду в равной степени может накликать и любящий отец. Однако же, Цзян Чен был тронут. Герцог Хань действительно любил своего сына. Ситуация была столь плачевна, что горящее пламя уже полностью окружило их, но до сих пор он не произнес ни одного резкого слова. «Верно, отец. Каковы мои оценки прохождения Испытания Затаившегося Дракона? Ду Рухай вообще говорил об этом?» Выражение лица Цзян Фэна стало немного потерянным, и он начал заикаться: «Ну… Это»… Цзян Чен без преувеличений потерял дар речи. Его отец даже сейчас пытался сохранить свои чувства? «Отец, я не настолько раним, и могу знать правду. Насколько все плохо? Я хочу узнать правду». Цзян Фэн беспокоился, что его сын не сможет вынести правды, и она станет для него катастрофой. Он подавил нервный смешок, увидев, что его сын морально готов: «Ты особенный ребенок, и спрашиваешь своего отца о своих возможностях? Ты уверен, что не будешь в шоке от моего ответа?» «Скажи мне, я же не могу стать последним?» «А можно сомневаться, что ты последний? – Цзян Фэн криво улыбнулся. – Наша проблема в том, что ты не прошел ни одного основного экзамена. Конечные испытания этого года будут проходить в конце этого месяца. Если не сдать три основных экзамена, у тебя не будет даже нужной квалификации, чтобы попасть на заключительные тесты в Испытаниях Затаившегося Дракона». Первые два с половиной года Испытания включали в себя период обучения и развития. По истечении этого времени проводится квалификационный экзамен. Если кандидат не проходил даже квалификационного экзамена, то он не получал права участвовать в финальных испытаниях. Цзян Чен, наконец, понял, почему отец его смирился и, как покорный ребенок, выслушивал лекции от Ду Рухая. Увидев, что Цзян Чен без слов опустил голову, Цзян Фэн еще более иронично улыбнулся: «Глупое дитя, не говори, что ты даже не помнишь про три основных экзамена?» Цзян Чен потер нос и молвил: «Хорошо, я хорошенько подумаю о них». Был бы это любой другой герцог, он бы уже отвесил сыну пощечину, услышав от него такие пассивные речи. Цзян Фэн был уникальным отцом. Он только сказал, вздохнув: «Сын, похоже, твоя судьба – вернуться на поля со своим стариком. Ну и не важно. Удачная и богатая жизнь не предначертана звездами для семьи Цзян. С твоим поколением мы могли бы снять броню и вернуться на поля. В политике и так творится куча ерунды, возвращение к более простой жизни – не плохое решение». «Минуточку. Отец, разве я сказал, что хочу все бросить и вернуться работать на поля?» Цзян Фэн был ошеломлен: «Но три основных экзамена»… «Ну, значит три экзамена! Когда у меня будет время, я хоть восемь или десять сдам!» «Глупыш, ты что, умрешь, если хоть раз на дню не похвалишься? Если не остается ничего другого, то хотя бы выполни первое основное требование. Твоя истинная ци должна быть в пределах промежуточной области ци и касаться хотя бы четырех меридианов. Ты сможешь?» «Четыре меридиана истинной ци? У основных экзаменов настолько низкие требования? – настала очередь Цзян Чена удивляться. Он поднял руку. – Отец, посмотри на тот каменный стул». Его истинная ци циркулировала по всему тему, протекая через четыре меридиана, как четыре грохочущие реки. Они соединились в одну и сконцентрировались на кончиках пальцев. Он погрозил пальцем, глядя уголком глаз… Отверстие образовалось на каменном табурете в том месте, куда указывал палец. «Линия образована истинной ци, слившейся без дисперсии. Это и есть промежуточная сфера истинной ци? Дитя, когда ты успел найти четвертую точку, разблокировать четвертый меридиан и успешно их соединить?» Цзян Фэн был вне себя от радости, и скептическое выражение сошло с его лица. Четыре меридиана истинной ци были весьма посредственным достижением для сына любого герцога, и очистка четвертого меридиана не была чем-то таким, чему следовало радоваться. Но Цзян Фэн на данный момент был свидетелем настоящего чуда. «Хе-хе. Я сделал это вчера, пока медитировал несколько часов. Отец, а каковы два других основных экзамена? Может, вы расскажете мне о них, а я подумаю о том, как их сдать? Мы просто не можем позволить таким мерзким людям, как Ду Рухай, делать из нас посмешище, верно?» Цзян Фэн потерял дар речи. С каких пор основные экзамены кажутся этому ребенку настолько легкими? Он мог бы сдать их, просто потратив немного времени? «В чем дело? Может старина Ду Рухай испортить мне жизнь даже после того, как я сдам экзамены?» «Невозможно! – напористо воскликнул Цзян Фэн, надув грудь. – Твой отец не вегетарианец, готовый вот-вот сыграть в ящик. До тех пор, пока ты можешь сдать экзамены и дойти до финального теста Испытания Затаившегося Дракона, я могу заверить тебя, что проблем не возникнет. Но что касается последнего экзамена, Ду Рухай припрятал какой-то козырь в рукаве»… «Мерзкие люди повсеместны, как призраки. Я, Цзян Чен, выдающаяся личность, и их не боюсь. Единственное, чего я боюсь, так это того, что его способности весьма посредственны и он не сможет создать для меня более-менее сложных препятствий. Это меня сильно разочарует». К концу дня Цзян Чен уже не обращал никакого внимания на третьесортных клоунов вроде Ду Рухая. Три основных экзамена в самом деле были весьма простыми. Их целью было не поставить учеников в тупик, а отсеять добросовестных от бездельников. Если человек не был лентяем, не потратившим никаких усилий на обучение, сдать эти экзамены, в самом деле, не было проблемой. Исключая Цзян Чена, все участники испытаний достигли уровня четырех меридианов ци. А толстый Сюань разблокировал все пять. Второй экзамен практиковал королевский метод «Восточный Аметист Ци» до совершенного уровня, и заключался в успешном поддержании его в течение часа в комнате с установленным четвертым уровнем боевой ауры. Метод Восточный Аметист Ци был создан предком королевской семьи Восточного королевства. Этот метод использовался при процессе создания царства, так что был весьма символичным. Он был разделен на пять уровней достижений: «незначительный», «умело», «совершенство», «безупречно» и «великое совершенство». Уровень, называющийся «совершенство», достигался тем, что ты просто выучивал весь набор основных тактик и знал их наизусть. Третьим основным экзаменом шла теория. Его цель была в проверки академических знаний наследников каждого герцогства. В принципе, этот экзамен был еще проще, его можно было сдать, используя механическое запоминание. «Что за черт! Меня два с половиной года тащили за пятки на такие простые экзамены, а я их до сих пор не сдал?» Цзян Чен был весьма удивлён. Но еще больше он поражался своему старику. Как он мог, имея такого сына, ни разу его не ударить? Его соглашение с Дунфаном Лу говорило о трех днях, а прошло только два. Оставшееся время он решил потратить некоторое время и усилия на основные экзамены. Просто герцогство ничего не значило для Цзян Чена, но, похоже, общая обстановка в столице складывалось весьма натянуто, и ему не хотелось терять никакого преимущества. Особенно когда некоторые нетерпеливо ждали, когда же семейство Цзян выставит себя дураками. Что касается тех идиотов, что пришли к нему с просьбой о пощечине, он мог выразить немного своего разочарования, обязав их, верно? Восточный Аметист Ци был довольно трудной тактикой. Наследники герцогств королевства узнавали только основные части этого метода. Принуждение всех наследников узнавать основные тактики имело целью оценку их потенциала, личности, понимания военного дао, а также способность выносить страдания во время обучения. Цзян Чен сел, скрестив ноги, и начал медитацию, пробегая по основным частям Восточного Аметиста Ци. В этот момент значительные знания из воспоминаний его предыдущего я показали всю свою истинную ценность.

Предыдущая глава
Назад
Следующая глава