X
X
Глава - 33: Конец сдачи экзаменов, братья открывают друг другу сердца
Предыдущая глава
Eng
Следующая глава

На экзамен отводилось достаточно времени, и Цзян Чен совсем не волновался. Этот третий экзамен был также для него лёгок, как прогулка в парке. Со способностями к чтению, которые развивались в прошлой жизни в течение миллионов лет, он разработал почти фотографическую память, чтобы запомнить, то, что должно быть сохранено в памяти. Таким образом, немного механического запоминания не составляло для него проблемы. Он написал свое имя знатным росчерком кисти и начал отвечать на вопросы. Примерно через час, к его радости он закончил с механическим запоминанием Творческая часть была следующей. Вопросы в этом разделе будут более уклончивыми, а также и более глубокими Конечно, с опытом Цзян Чена эти вопросы были такими низкопробными и непродуманными, что для него они были все равно, что шуткой. Тем не менее, он по-прежнему формулировал ответы очень серьезно. Хотя эти вопросы были неглубокими, он не будет давать слишком пространные ответы. Со стандартами Восточного Королевства к теоретическим знаниям, было маловероятно, что королевство, будет в состоянии переварить все, что было слишком изощренным. Учитывая знания Цзян Чена, если он ответит действительно слишком витиевато, то результат будет тот же, как если бы он сдал пустой экзаменационный бланк. Все, слишком витиеватое, не будет понято ... так будет ли разница, если он ответит ерунду? Таким образом, Цзян Чен напряг мозги, чтобы начать с основных знаний этого мира, с добавлением некоторых инноваций. Эти ответы, на самом деле, очень мало ценились им среди всех его знаний. Но Цзян Чен был еще немного обеспокоен тем, что он мыслит слишком нестандартно и создал себе ненужные неприятности. Таким образом, он неоднократно перепроверял себя и, наконец, преодолел желание действительно вдаваться в подробности. Он контролировал резюмирование для творческой секции и держал его на уровне, соответствующем для знаний Восточного Королевства. Выполнение задания таким образом, создало для него только больше работы. Через час он дважды проверил свой экзаменационный бланк, обнаружил, что ответы безупречны, а затем сдал его. Организатор, отвечающий за этот экзамен, запечатал экзамен Цзян Чена в коробку в соответствии с правилами. "Цзян Чен, этот экзамен должен быть прочитан старшими должностными лицами и оценен должностными лицами из различных областей. Понимаете ли вы это правило? " Такое правило на самом деле существовало и Цзян Чен не придал ему никакого значения. Он кивнул. Независимо от того, кто ставил оценку, этот экзамен просто не может быть провальным. Цзян Чен был абсолютно уверен в этом. Уже смеркалось, когда он завершил три основополагающих экзамена. Жирный Сюань семенил рядом, чтобы поспевать за Цзян Ченом. С его весом и телосложением, ему было тяжело идти в ногу с Цзян Ченом. Жирный Сюань тяжело дышал уже после небольшой пробежки. «Брат Чен, подожди своего брата! Брат Чен, я заказал столик в Осеннем Журавле, чтобы отпраздновать твой успех при сдаче трех основополагающих экзаменов. Я давно знал, что брат Чен должно быть волк в овечьей шкуре. Ты не стал сдавать экзамены до того, как целенаправленно не показал, что ты слаб. Хех, ошеломить противника с помощью стратегии!» Раболепные слова Жирного Сюаня накатывали как волны, и он был совершенно не смущен этим фактом. «Давайте не пойдем в Осенний Журавль». Слабо сказал Цзян Чен, на мгновение задумался, и вздохнул, когда увидел серьезных Жирного Сюаня и Хабина Юэ. «Давайте соберёмся у меня сегодня вечером». Хабин Юэ кивнул: «Да, брат Чен правильно. Мой старик тоже сказал, что в последнее время слишком многое происходит в столице. Мы должны избегать такие места, как Осенний Журавль». «Хе-хе. Если брат Чен говорит, что не нужно идти, то мы не пойдем. К тому же, собираясь в имении брата Чена нам, братьям, удастся больше пообщаться, не так ли?». Жирный Сюань был покладист характером и подчинялся смиренно, вместо того, чтобы упорно настаивать на своем. Этот момент для Цзян Чжена, как для личного слуги, был подходящим моментом, чтобы проявить сеебя. Он сразу же заговорил, как только услышал слова Цзян Чена, «Ваш стюард вернется домой, чтобы сделать необходимые приготовления». Жирный Сюань и остальные были еще более расслабленными, к моменту, когда они достигли поместья Цзян Хань. После прибытия в этот мир это был первый раз, когда Цзян Чен получил возможность встретиться со своими лучшими друзьями. Он был в хорошем настроении, и восхищенно слушал Жирного Сюаня и других, пока они говорили обо всем, что произошло раньше. «Как ты думаешь, Брат Чен, разве Ян Цзун совершенно бессердечный? Ведь если подумать, ты так заботился о нем тогда, а он отшатнулся в страхе и сломался под тяжестью ответственности после того, как кое что случилось с тобой. Он сидел на корточках и был так напуган, что даже не мог поговорить с нами. Похоже, этот человек ненадежный. Раньше он мне был как брат! Позор ему!». Жирный Сюань весьма распалялся, когда речь заходила о Ян Цзуне. С другой стороны, Цзян Чен легко рассмеялся и решил проигнорировать этот вопрос. У каждого были свои собственные амбиции. Ян Цзун выбрала погоню за прибылью и сторону, которая приносила ему пользу, вместо того, чтобы выбрать своих братьев. Это был его выбор. Кроме того, Цзян Чен легко вычеркнул имя Ян Цзуна из своего сердца. Жирный Сюань смягчил свою браваду о Ян Цзуне, увидев, что Цзян Чен не присоединился. Он сменил тему на Испытание Затаившегося Дракона. «Брат Чен, у тебя на самом деле есть амбиции в отношении испытаний?» Жирный Сюань немного перебрал с выпивкой и его язык стал немного развязнее. «Какие амбиции?» Цзян Чен улыбнулся. «Брат Чен, я, Жирный Сюань, я упрям. Я много не думаю об этих великих герцогах. Я только чувствую родство с братом Чен, так что если брат Чен взлетает с торжеством в небе, то я буду улыбаться даже во сне! Брат Чен, я хочу, чтобы ты стремился к выдающимся позициям!». «На самом деле брат Чен, Бай Чжань Юн именно такой. У тебя есть потенциал, чтобы выступить на позиции в качестве одного из четырех великих герцогов». Хабин Юэ также чрезвычайно воодушевлялся, когда думал о выступлении Цзян Чена в ту ночь. «Четыре великих герцога?» Пробормотал Цзян Чен слегка и затем широко улыбнулся. "Четыре великих герцога не есть моя конечная цель." «Ах? Брат Чен, так какова ваша цель? Также было бы замечательно, если бы вы могли войти в ряды топ десяти». Сказал Хабин Юэ «Хабин Юэ, ты что, глупая свинья?» Хотя Жирный Сюань был пьян, рассуждал он трезво. С его пониманием Цзян Чена, его характера, дело было не в том, что он не хотел занять одно из мест, как один из четырех великих герцогов, но в том, что он просто на это не рассчитывал! И пока он думал об этом, огромное тело Жирного Сюаня слегка пошатнулось, его трезвость немедленно возвращается. Взоры с беспрецедентным пылом вылетали из его быстро бегающих глаз под пухлыми веками. «Брат Чен, может случиться так, что ваша цель– это положение Восточной королевской семьи? Ха-ха, это мой брат Чен, да! Великие амбиции, прямо в цель, к самому важному!» Жирный Сюань и без того бы ублюдком. Добавьте к этому влияние алкоголя, что привело к тому, умалчивать хоть что-то он не собирался. Вероятно, он не думал, что эти слова могут уличить его, как потенциального мятежника. «Это ... Брат Чен, ты серьезно?» Хабин Юэ был ошеломлен и его дыхание стало тяжелым. Цзян Чен не знал, смеяться или плакать, увидев, насколько серьезны эти двое. «Жирный Сюань, ты слишком много вооброжаешь. Когда я говорил, что хотел заменить членов восточной королевской семьи? " «Тогда что?» Жирный Сюань почесал голову и принял озадаченный вид. «Я создатель. Было бы пустой тратой моей жизни, если бы я стремился к моментальному обогащению. Я, Цзян Чен, хочу стремиться к боевому дао всю жизнь. Все богатства и материальные блага, для меня всего лишь плывущие в небе облака» Жирный Сюань стал совершенно апатичным, увидев, насколько был серьезен Цзян Чен. «Брат Чен, это не похоже на тебя. Что случилось с твоими предыдущими клятвами? Разве мы не согласились сходить с ума вместе, наслаждаться всем вместе, быть дикими и свободными вместе, и встретить все штормы вместе?» Жирный Сюань надулся, пока бормотал жалобы. «Люди должны измениться» Цзян Чен слегка вздохнул. «Жирный, так как вы двое моих братьев, я не буду высказывать ложные слова. Хотя бездельничать и весело, эти дни не будут длиться долго. Вы знаете, сколько глаз смотрят на герцогство, что вы держите в руках? Если бы дело было не в герцогстве, то на каком основании вы должны быть такими франтами? Какие возможности у вас есть, чтобы быть дикими и свободными?» Жирный Сюань потерял дар речи. Откуда он мог знать, что быть дикими и свободными вместе была просто на просто временная мечта. Как ты можешь быть диким без силы? Кто позволит вам быть настолько надменным? В конце концов, они были в состоянии быть дикими и свободными вместе из-за хорошего отца и хорошей реинкарнации. Но после того, как их поколение побудет беззаботным, что же будет со следующим поколением? Эти мысли глубоко отозвались у Хабин Юэ «Жирный, брат Чен прав. Я тоже думаю, что только сила есть истинный закон этого мира. Посмотрите на опыт брата Чена за последние пару дней, разве это не прекрасная иллюстрация этого правила? Люди привыкли бросать нам вызов, куда бы мы не шли. А сейчас? Каждый, кто видел брата Чена, не смеет даже смотреть на нас. Все изменилось, благодаря силе!» Жирный Сюань так как он отчаялся, стал старым, одиноким человеком, «Но вы, ребята, также знаете, что я жирный, что меня никто не воспринимает всерьез. Обучение это роскошь для меня. Я достиг всего, потому что мой старик вбил это в меня кулаками и ногами ...» Жирный становился все более подавленным, пока говорил. Несмотря на то, что он был обычно в хорошем настроении и выглядел как полный франт, в нем была другая сторона, которую никто не мог видеть, чувствительная сторона. Его размер и вес принесли ему много неприятностей, тех, что у других не было. Они также принесли ему дискриминацию и издевательства, которых никто никогда не поймет. Внутренне чувствительный, Жирный всегда много волновался об этом, но он должен был делать вид, что он не переживает вовсе. Он научился сам осуждать себя и шутить о себе. Кроме того, он встретил Цзян Чен, когда он прибыл в столицу для Испытания Затаившегося Дракона. Он встретил всего одного человека в этом мире, кто не дискриминировал его и даже назвал его братом. В тот момент, Жирный Сюань чувствовал, что Цзян Чен был его доверенным лицом - его братом на всю оставшуюся жизнь, и кем-то, за кого Жирный Сюань мог бы умереть. «Брат Чен знаешь что? Когда я впервые приехал в столицу, я очень старался, чтобы влиться в мир других наследников. Но я сталкивался с их дискриминацией и насмешками, куда бы я не шел. Ты ... ты был первым, кто назвал меня жирным без насмешливой улыбки на лице. В тот момент я решил, что буду слушать все, что ты скажешь, всю оставшуюся жизнь» Жирный Сюань яростно вращал своими красными глазами, когда он остановился. «Брат Чен, ты был прав. Если бы у нас не было хорошего отца, какое право было бы у нас слоняться вокруг, чтобы действовать бешено? Кроме того, чтобы гарантировать, что мои потомки смогут быть франтами, я должен удержать это герцогство!» Решительное желание, которое заставило бы других расправить плечи со всей серьезностью впервые появилось в глазах Жирного Сюаня.

Предыдущая глава
Назад
Следующая глава