X
X
Глава - 1979: Значение брата
Предыдущая глава
Следующая глава

– Очень хорошо. Я благодарю всех друзей, которые верят в меня. Поскольку вы все верили в меня, я абсолютно гарантирую вашу безопасность, – сказал Чу Фэн людям, которые вошли на седьмой путь.

Затем он обратился к Старейшине Хуан Гуаню и Ван Цяну:

– Старейшина Хуан Гуань, брат Ван Цян, пожалуйста, выведите людей из Лабиринта Лунного Света для меня. Вам просто нужно вернуться по тому же пути, в который вы вошли. Несмотря на то, что этот седьмой путь даёт чрезвычайно опасную ауру, он на самом деле полностью безопасный.

– Маленький друг Чу Фэн, разве ты не собираешься уходить с нами? – спросил Старейшина Хуань Гуань.

– Даже если они не верят мне, я не могу игнорировать их и позволить им умереть, – сказал Чу Фэн.

– На если эта убивающая формация в самом деле существует, это было бы бесполезно, даже останься ты здесь, – сказал Старейшина Хуань Гуань.

– У меня есть другой способ справиться с этим. Просто я не решаюсь гарантировать, будет ли этот метод работать наверняка. Однако остаётся, что я должен попытаться, – сказал Чу Фэн.

– Чу, Чу Фэн, они все не, не верят тебе. Про, просто нет про, противоядия от и, их глу, глупости. Да, даже если они должны у, умереть, это бы, было бы то, только то, что, что они заслужили.

– Ты, ты до, должен просто да, дать им умереть. За, зачем возиться с ними? – сказал Ван Цян. Он сказал те слова чрезвычайно громко. Он сделал так намеренно, чтобы оскорбить тех, кто решил остаться.

В тот момент люди, которые остались, проявили очень уродливые выражения. Они также чувствовали, что они пренебрегли добрыми намерениями Чу Фэна, отказавшись слушать его. Однако не было ничего, что они могли сделать с этим, поскольку они не желали возвращаться с пустыми руками. В конце концов, все они были людьми, которые обладали эгоистичными желаниями.

– Нормально для них не верить мне. Но я совершенно не могу покинуть их. Причина этого в том, что это моя ответственность, – сказал Чу Фэн с улыбкой. Он не был зол, как будто это было чем-то, что он уже ожидал.

Видя реакцию Чу Фэна, толпа стала даже более пристыжённой.

– Ответственность? Какая шутка. Ты явно был пойман мной с поличным. Поэтому ты решил остаться вместо того, чтобы уйти. Ты всё ещё не желаешь расстаться с сокровищами здесь.

– Таким образом, все, не обманывайтесь этим Чу Фэном, – видя, что толпа чувствовала стыд, Старейшина Юэ Лин снова начал сеять разногласия.

*Зззззз*

Сразу после того как Старейшина Юэ Лин закончил говорить те слова, вспышка молнии внезапно мелькнула в воздухе. Как призрак, Чу Фэн предстал перед Старейшиной Юэ Лином. Оба Броня Молнии и Крылья Молнии, были на виду. В этот момент Чу Фэн был покрыт молнией.

Кроме того, Чу Фэн испускал очень яростную подавляющую мощь. Его гнетущая мощь заставила Старейшину Юэ Лина отступать.

Чувствуя жажду убийства Чу Фэна, Старейшина Юэ Лин повернул свою ладонь и достал Незавершённое Императорское Оружие. Он планировал взять на себя инициативу нанести первый удар. Таким образом, он выпустил атаку на Чу Фэна.

*Свист*

*Лязг*

Однако сразу же после того, как Старейшина Юэ Лин поднял своё Незавершённое Императорское Оружие, серебряный свет мелькнул мимо него. Яростный Обезглавливатель Извивающегося Дракона Чу Фэна сломал Незавершённое Императорское Оружие Старейшины Юэ Лина. После того как кусочки Незавершённого Императорского Оружия Старейшины Юэ Лина быстро развернулись в воздухе, они упали на землю.

Внезапно лицо Старейшины Юэ Лина стало пепельным. Он стоял там в ошеломлённой, окаменевшей манере. Он был совершенно неподвижен, а холодный пот струился по его телу и престарелому лицу.

Из мгновенного столкновения он ощутил, каким огромным был разрыв между ним и Чу Фэном. Если Чу Фэн хотел убить его, он определённо умер бы. У него не было силы даже сопротивляться Чу Фэну.

– Наглый! Ты смеешь поступать так грубо по отношению к Владыке Старейшине! Ты планируешь пойти против нашего Дворца Небесного Закона?! – толпа из Дворца Небесного Закона немедленно достала своё оружие и нацелила его на Чу Фэна.

– А что, если так? – Чу Фэн прокатился своим взглядом по ним и сказал холодным голосом.

Увидев взгляд Чу Фэна, те люди из Дворца Небесного Закона, которые были готовы атаковать Чу Фэна, начали отступать от него. На самом деле многие из них даже начали дрожать, холодный пот катился по их лицам. Были даже некоторые из них, которые были настолько в ужасе от Чу Фэна, что они, в конечном итоге, сели на землю в парализованной манере.

Жажда убийства. Перед сильной жаждой убийства Чу Фэна они внезапно почувствовали себя смешными.

Когда даже их сильнейший Старейшина Юэ Лин не был ровней для Чу Фэна, что могли они сделать? Если бы они атаковали Чу Фэна, они бы просто отбросили свои жизни.

В конце концов, все они понимали логику, что перед настоящим экспертом, независимо от того, как много людей у них было, это всё было бы бесполезно. Что касалось Чу Фэна, он был одним таким экспертом.

– Чу Фэн, если ты убьёшь меня, это докажет, что ты обладаешь виной на совести. Даже если я умру, наш Дворец Небесного Закона не позволит тебе уйти с этим, – пригрозил Старейшина Юэ Лин Чу Фэну.

– Ты думал, что я не посмею тебя убить? – выражение Чу Фэна оставалось неизменным. Он нисколько не боялся. В то же время, Яростный Обезглавливатель Извивающегося Дракона в руке Чу Фэна всё приближался и приближался к Старейшине Юэ Лину.

– Ты, ты, ты… – Старейшина Юэ Лин так нервничал, что не мог говорить должным образом. В этот момент всё его тело было покрыто потом. Он действительно боялся смерти.

– Если бы я хотел убить тебя, это было так же просто, как одно рассечение моего оружия. Но я не убью тебя, потому что твоё убийство только запачкает мою руку.

– Что касается того, что мы оба сказали толпе, выйдёт на свет правда относительно того, кто из нас говорил правду, а кто лгал. Поскольку я обладаю чистой совестью, я не боюсь ждать.

После того как Чу Фэн закончил говорить эти слова, он убрал Яростный Обезглавливатель Извивающегося Дракона, прошёл к Персиковому Дереву Бессмертия, сел, скрестив ноги, и закрыл свои глаза.

Что касалось Старейшины Юэ Лина, он задыхался и начал вытирать холодный пот на его лице без остановок. Ему казалось, что он только что убежал от врат ада. Однако в тот момент он был чрезвычайно измучен и на грани краха.

*Путт*

Внезапно Чу Фэн открыл глаза. Причина этого была в том, что кто-то сел рядом с ним. Взглянув, он обнаружил, что Ван Цян действительно глупо улыбался ему, широко показав зубы.

Целый поток плохого дыхания напал на лицо Чу Фэна.

– Почему ты вернулся? – спросил Чу Фэн.

– Ты не, не идёшь. Потому я не и, и, иду тоже. В ко, конце концов, мы, мы браться, – сказал Ван Цян с улыбкой на лице.

Услышав эти слова, Чу Фэн тоже начал улыбаться. Он ничего не сказал. Упоминания Ван Цяном слова «братья» было уже достаточным для него.

Что он имел в виду под братьями? Брат был кем-то желающим пройти испытания и несчастья вместе с вами в моменты кризиса!!!

– Маленький друг Чу Фэн, так как ты не уходишь, этот старик тоже останется, – именно в этот момент Старейшина Хуан Гуань Дворца Преисподней также вернулся. Следуя за ним, также вернулись другие из Дворца Преисподней. Они все сели вокруг Чу Фэна.

В конце концов все вернулись. Тем не менее, все те люди, которые вернулись, сели рядом с Чу Фэном, как люди из Дворца Преисподней.

Вскоре ворота седьмого пути закрылись. В тот момент толпа, которая осталась в этом месте, была разделена на две группы.

Первой группой были люди, которые верили в Чу Фэна.

Другой группой были люди, которые не верили в Чу Фэна.

Такая сцена стала причиной того, что те, кто не верил в Чу Фэна, обладали даже большей виной совести и чувствовали себя даже более пристыжёнными.

– Все, если вы чувствуете, что здесь есть сокровища, вы можете идти туда и внимательно осмотреться, чтобы искать те сокровища. Не нужно действовать так сдержанно, – сказал Старейшина Хуан Гуань с улыбкой. Он не мог продолжать смотреть на то, как действовали те, кто не верил в Чу Фэна. Таким образом, он произнёс эти слова, чтобы поиздеваться над ними.

Внезапно седовласый старик сказал Чу Фэну:

– Маленький друг Чу Фэн, если то, что ты сказал – правда, этот старик встанет перед тобой на колени и признает свою ошибку перед своей смертью.

Лицо этого старика было покрыто шрамами. На его спине был гигантский клинок, завёрнутый в ткань. Этот клинок назывался Снежный Клинок. Это было Незавершённое Императорское Оружие, с которым этот старик достиг превосходного уровня достижений.

Этот старик был известен как Безумный Демон Снежного Клинка. Этот Безумный Демон Снежного Клинка был Боевым Императором шестого ранга, старым монстром.

Его имя было ещё более известным, чем имена Старейшины Юэ Лина и Старейшины Хуан Гуаня. Он был кем-то, кто обладал большим престижем. Просто… он был близок к концу соей жизни.

После Безумного Демона Снежного Клинка многие другие люди начали приносить свои извинения Чу Фэну.

Вначале это были только старые монстры, что выражали свои извинения Чу Фэну, но позже, около половины из десяти с лишним миллионов извинились перед Чу Фэном.

– Старейшина Юэ Лин, как человек, который больше всего не доверял маленькому другу Чу Фэну, тебе следует самому извиниться, нет? – сказал Старейшина Хуан Гуань Старейшине Юэ Лину.

– Конечно, я выскажусь. Если я ошибочно обвинил маленького друга Чу Фэна, я, безусловно, соответственно компенсирую маленькому другу Чу Фэну, – поклялся Старейшина Юэ Лин. Несмотря на то, что он сказал эти слова неохотно, он на самом деле признал поражение Чу Фэну.

Он не осмелился этого не делать. Когда Чу Фэн напал на него раньше, Чу Фэн заставил его осознать несоответствие между ними. Он действительно боялся, что Чу Фэн убьёт его.

– Хаха… – услышав эти слова, Чу Фэн рассмеялся.

Старейшина Юэ Лин стёр холодный пот и затем спросил:

– Маленький друг Чу Фэн, над чем ты смеёшься? – в этот момент он был действительно в ужасе от Чу Фэна.

– Компенсация? Какую компенсацию ты мог бы предоставить мне? Ты способен вытащить что-то более драгоценное, чем это? – Чу Фэн поднял своего Яростный Обезглавливатель Извивающегося Дракона.

– Я… – Старейшина Юэ Лин потерял дар речи.

– Е, если ты не, неверно об, об, обвинил Чу Фэна, ты до, должен извиниться сво, своей жизнью, – перебил Ван Цян.

– Что? – услышав те слова, разум Старейшины Юэ Лина напрягся, и выражение его лица изменилось.

– Ты не, не посмеешь? В та, таком случае, это означает, что ты об, обладаешь виноватой совестью. Ты, ты ко, косвенно при, признал, что ты не, несправедливо обвинял Чу, Чу Фэна, – сказал Ван Цян.

После того как Ван Цян сказал те слова, взгляды более десяти миллионов человек обратились к Старейшине Юэ Лину. Среди них многие взгляды были несравненно ледяными.

Причина, по которой толпа чувствовала эти вину и стыд перед Чу Фэном, была из-за Старейшины Юэ Лина. Если Старейшина Юэ Лин в самом деле неверно обвинил Чу Фэна, тогда, даже если бы Чу Фэн ничего не сделал, те люди разорвали бы его на части на месте.

Столкнувшись с таким угнетением, Старейшина Юэ Лин почувствовал, что все его волосы встали дыбом. С сердцем, наполненным ужасом, он мог только скрепиться, чтобы сказать:

– Если то, что маленький друг Чу Фэн сказал. Было правдой, я убью себя на месте. Я верну невиновность маленького друга Чу Фэна со своей смертью.

*Грохот*

Сразу после того как Старейшина Юэ Лин сказал те слова, область, в которой они были, начала неистово трястись.

Когда начались сильные землетрясения, окружающие стены начали испускать красные лучи. Красные лучи пересекались друг с другом и формировали огромную сеть.

В этот момент, кроме Чу Фэна, выражения всех присутствующих изменились.

Причина этому была в том, что они ощутили смертельную жажду убийства из красной сети.

Предыдущая глава
Назад
Следующая глава