NEW SITE
OLD SITE

Начало после конца - глава 292:
Глава 292

Размер шрифта
Интервал
Цвет фона
Шрифт

"Какого черта?"

Каэра поднесла нежную руку к лицу, пощупав щеку, а затем вытянула локон длинных волос перед лицом, чтобы она могла видеть его должным образом. Она заметно побледнела, когда рука поднялась и коснулась одного из ониксовых рогов, которые росли по бокам ее головы. У каждого рога было по две отдельных точки: Главные рога устремились вперед и вверх, в то время как меньшая пара в форме клыков выступали сзади, обрамляя ее голову как темную корону. Тонкие золотые кольца украшали каждый из маленьких отростков.

"Грей, я все объяс—"

Моя рука бросилась в дымку, схватив Каэру за тонкую шею и подняв ее со снежной поверхности. Небольшое затрудненное дыхание исходило из ее губ, пока она пыталась освободиться, но мои глаза были сфокусированы на этих черных рогах.

Она Вритра! подумал я, чувствуя себя глупо за то, что позволил кому-то, кого я так мало знал, так сблизиться со мной. Нет, она не смогла бы войти в Реликтомбы, если бы все было так. Я не знал, что делать с этим внезапным открытием. Может она просто кровей Вритры?

"Я понимаю, что ты шокирован—впрочем как и я—но я не думаю, что мы получим от неё ответы, если она умрёт," сказал мне Реджи, отрезвляя меня.

Я ослабил хватку, позволив алакрийской девушке упасть на землю, где она судорожно кашляла и терла горло.

"Пожалуйста... Грей. Я не причиню... никакого вреда," умоляла Каэра, ее красные глаза смотрели на меня.

"Молчать," предупредил я, вытащив белый кинжал из моей размерной руны, пока изучал алакрийскую девушку высших кровей.

Какова была цель Каэры—убить меня? В этом не было смысла. Она могла убить меня в любое время, пока я был в ключ-камне. Ей нужны были доказательства, чтобы вернуться к родословной, Косе или, может быть, даже к самому Агроне, чтобы они могли найти и казнить меня?

В конце концов, независимо от ее причин, все сводится к двум вариантам.

Мысль о том, чтобы просто убить ее прямо здесь и смягчить любой потенциальный риск, всплыла в моей голове, но, держа кинжал, вспоминал о том, как Каэра отказалась от клинка своего покойного брата, чтобы у меня было оружие. Мало того, мы с Каэрой расстались в хороших отношениях после нашего временного объединения в зоне конвергенции.

Даже тогда у нее и ее двух охранников было несколько шансов убить меня, пока я был без сознания после нашей борьбы с титаном, хотя это также было правдой, что она могла догадаться о моей личности после возвращения в Алакрию.

Она все еще зовет меня Греем, а это значит, что она может не знать, кто я, в конце концов...

Моя хватка вокруг костяного белого кинжала сжалась, пока я пытался принять правильное решение. Я доверял Хедригу, но зеленоволосого человека, который сражался рядом со мной, на самом деле никогда не существовало. Вместо этого, это была девушка, глубоко скрывающаяся за занавесом алакрийской знати—из кровей Вритры, которая в ней протекала.

Реджи выпустил смешок. "Чего ты так паришься? Может, ты ей просто нравишься.”

"Чего?" выпалил я, поразив Каэру, которая все еще стояла на коленях в снегу.

"Ничего," сказал я, прочищая горло и молча ругая своего товарища за его легкомысленное отношение.

Я чувствовал, как Реджи закатывает глаза. “Убивай ее или нет, решись уже на что-то, только быстрей. Я не хочу выяснять, что со мной будет, если ты замерзнешь до смерти, стоя здесь.

Мое лицо и руки игнорировали холод, но мое асурийское тело делало для меня эту смертельную погоду неприятной, в большинстве своем. Каэра, несмотря на ее очевидное происхождение от Вритры, не разделяла моей стойкости, и она уже начала трястись.

Вздохнув, я неохотно принял решение. Я вынул шерстяное покрывало из своей руны—еще один предмет снаряжения, который Аларик решил упаковать мне—и бросил его ей. "Завернись в это. Нам нужно найти укрытие—тогда и поговорим".

Она взяла мягкое покрывало и укуталась им, как одеялом. "Спасибо."

Мои глаза быстро просканировали наше окружение. Как и прежде, портал, через который мы прошли, исчез, оставив нас застрявшими в чистом белом пространстве. Ледяной ветер подбивал много снега, из-за чего вдали трудно было что-либо рассмотреть.

"Надо выдвигаться," я ответил вежливо, отворачиваясь.

"А я бы пошел по пути хорошего парня, но в твоем случае и плохиш сработает" дразнил Реджи.

Хочешь, чтобы я выковырял тебя эфиром?

“Никак нет, сэр, извините, сэр”

Закатив глаза, я продолжал идти, обращая пристальное внимание на мягкий хруст шагов Каэры всего немного позади меня.

"Ты опасаешься меня, но поворачиваешься спиной. Ты чего такой уверенный?" спросила Каэра, ее серебристый голос прорезался сквозь завывание ветра.

"Хочешь узнать?" спросил, не утруждая оглянуться.

"Может быть, в следующий раз," мягко сказала она после молчания.

"Слышал а, она хочет следующего раза" Реджи давился от смеха.

Я проигнорировал комментарий товарища, но мысленно дал ему второй страйк.

"Держите глаз востро, любой тип укрытия подойдет," кричал я, своими глазами осматривая каждую тень и складочку на замерзшем пустыре на предмет чего-то, что могло бы быть пещерой или оврагом, или даже просто свесом, который укрыл бы нас от укусов ветра.

"Я едва вижу тебя. Даже с маной, я не думаю, что смогу что-то увидеть, пока оно не появится перед глазами” сказала Каэра, в его голосе была нотка разочарования.

"Слушай я тут подумал, может вам ребятки выкопать самим укрытие, и крепко обнявшись—”

Страйк номер три.

Окружив эфиром бесплотную форму Реджи изнутри, я направил ее в ладонь и вытолкнул наружу.

К моему удивлению, пламенный детеныш Реджи на самом деле вырвался из моей руки, махая конечностями от неожиданности.

“Эй! Что за—”

Каэра открыла рот и рванула в движение. Вылетев из под простыни и вытянув тонкий изогнутый меч, она резанула кратким движением вниз, разрезав Реджи пополам.

Я наблюдал за этим с поднятыми бровями, как рассеченная форма Реджи исчезала, растворяясь в ветренном снегу.

Острый взляд Каэры порыскал вокруг местности, и когда она больше не заметила никаких угроз, она одним плавным движением спрятала лезвие. Потом она заметила вид моего лица, и ее собственное уверенное выражение улетучилось.

Я невозмутимо показал на точку, где исчез Реджи, и сказал: "Через несколько секунд эта штука появиться вновь. И как бы забавно это ни было, пожалуйста, не нападай на него снова."

Её глаза расширились. "А так это была твоя штука?"

"Это был мой волк, да."

"Грей, я—"

Она прервалась, как только щепотка темного пепла начала вращаться внутри светлого снега, сгущаясь доверху до тех пор, пока это стал идеально круглый шарик, который лопнул в пламени. Наконец, выпуклые светлые глаза Реджи открылись, и темная тень рта скрутилась в комический хмурый вид.

Блуждающий огонек приземлился на землю, переместившись, вздулся и превратился обратно в маленького, похожего на волка щенка. "Знаете, я уже не знаю, кто мне больше из вас нравится."

Брови Каэры сморщились, она была сбита с толку, пока ее взгляд метался между Реджи и мной.

Я пожал плечами. "Это Реджи. Вы оба знакомы по последним двум зонам."

Ее глаза засияли в понимании, а потом она наклонила голову. "Но тогда он был немного больше.”

"Да а ты оказывается трап(была мужиком)," Реджи рассердился.

"Ты прав." Губы Каэры дрожали, как будто она очень старалась не улыбаться. "Прости, дружочек."

Алакриянка наклонилась и почесала Реджи за одним заостренным маленьким ухом. Его яркие глаза смотрели на нее, но он не мог остановить свой теневой хвост от довольного виляния.

В этот раз посмеялся я, из-за чего моя товарищ остолбенел.

Прорычав, Реджи клацнул у пальца Каэры, напугав ее так, что она отдернула руку.

Крошечный теневой волчок бросился вперед, с некоторым трудом пробираясь сквозь снег. Не оглядываясь назад, Реджи сказал: "Хватит глазеть и идемте, пока вы оба не превратились в фруктовую мороженку из мяса."

Я встретил странные красные глаза Каэры, суженные в приятной улыбке, и заставил себя отвернуться. Сняв простыню, Алакриянка стряхнула снег и обернула его вокруг плеч, затем мы последовали за нашим маленьким пушистым проводником.

***

"Это посудина," пробормотал я, остановившись так, что Каэра, идя по следам, которые я оставлял в снегу, наткнулась на меня.

"Что?" спросила она, сделав шаг назад и осмотрелась вокруг нас.

Я взял ее за плечо и повернул так, чтобы она смотрела вниз, в широкую яму в земле. Видимость была настолько плохой, что я не сразу это заметил, но мы шли по гребню массивного, неглубокого кратера.

В этот момент остановился ветер, и луч серебристого света прорезал под нами серое одеяло, пролившийся через снег и высветив целый бассейн. Далеко под нами, наверное, в миле или более, было четкое очертание большой круглой выпуклости под снегом—слишком круглой и идеальной, чтобы быть естественным образованием.

Затем поднялся ветер, сошлись облака, фигура скрылась за белым занавесом.

"Ты это видел?" спросила Каэра с волнением, указывая вниз в сторону скрывавшегося холма.

Она повернулась ко мне, и вдруг оказалась слишком близко. Ее взгляд упал на мою руку, которая, вдруг осознав, все еще оставалась у нее на плече. Немедленно убрав ее и сделав шаг назад, Каэра также сдвинулась от неловкости.

"Видел что?" спросил Реджи, подойдя к нам рысью после того, как ушел от нас на несколько ярдов вперед. "Что я пропустил?"

“И что твоя рука делала на шпионе, а?"

"Там внизу что-то есть." Я показал вниз на наклон, игнорируя своего товарища. "Похоже, что снег становится глубже, так что, может быть, тебе стоит вернуться внутрь меня". Я посмотрел на Реджи, ясно давая понять, что это не столько вопрос, сколько приказ.

"Знаешь, было приятно размять ноги. Я думаю, мне будет и тут хорошо. Я не против такому количеству снега."

Я взглянул на щенка, а Реджи в ответ приподнимал брови, жест, который напомнил мне о мультяшных животных из сериалов, которые я видел в детстве.

"Я думаю, что буду следить за всем отсюда," подумал он, дав понять, что он все еще расстроен тем, что его разрезали пополам.

Каэра наблюдала за нами в ожидании, и я помахал рукой в сторону склона. "После вас, мой могучий товарищ."

Реджи махал своим теневым хвостом, пока он шел вперед быстрыми маленькими шажками. В пределах шестидесяти футов, однако, сугробы были далеко за пределами его головы, и, хотя холод не беспокоил его, его крошечное волчье тело не было приспособлено для ныряния в снег.

После пары минут борьбы за прогресс, прыжков и гребли в снегу, Реджи сдался.

"Знаешь, мне кажется, что я размял ноги, достаточно хорошо. И было бы лучше вернуться пособирать эфир.” С этими словами мой товарищ, как будто пытаясь прыгнуть в объятия, вместо этого исчез в моем теле.

"Что он имел в виду, собрать эфир?" спросила Каэра, пока мы проталкивались сквозь снег, который теперь был с высоты моих бедер. Я вёл, прокладывая путь, чтобы Каэре было легче следовать.

"Мое призванное существо питается эфиром. Когда мы использовали... фиолетовый огонь, ну, мы использовали всю мощь. Поэтому он так уменьшился.” Я держал свой тон ровным, как будто это совершенно нормально - иметь теневого волка, работающего от эфира, и тем более друга.

"Но на самом деле он не призывной, не так ли?" Я практически почувствовал, как пронизывающие глаза впились мне в затылок.

"Нет, полагаю, что нет. Не таким способом, о котором ты подумала."

"И..." Каэра засомневалась. Я сохранял внимание продвигаясь, разгребая глубокий, тяжёлый свежий рыхлый снег. "И ты ведь не настоящий маг, не так ли? Ну в смысле не в нормальном понимании этого слова. Ты не используешь ману."

Я перестал идти, скорее из-за осознания, чем из-за опасений—осознания того, как я устал скрывать все о себе ото всех, с кем бы мне не приходилось сталкиваться. Не было способа, в котором я смог бы отвечать правдиво, не выдавая себя за того, кем был на самом деле, но любая ложь становиться явью, как к примеру рога голове.

“Нет, полагаю."

Мы маршировали в тишине несколько минут, и вскоре снег коснулся моих рёбер. Сильная рука на плече подтянула меня. Я повернулся, чтобы посмотреть, в чем дело, но ничего не увидел из за брошенного покрывала мне на лицо.

Каэра смеялась впервые, освежающий, но в то же время прекрасный звук. "Я тоже не обычный маг, помнишь?"

Я стащил шерстяное одеяло с лица, уже собирав эфир в конечности, чтобы защититься, если понадобится, но Каэра не нападала на меня. Она даже не смотрела на меня.

Зловещая сила росла внутри нее, и когда она, наконец, встретилась с моими глазами, в них загорелся темный огонь. "Может отойдешь в сторонку, Грей."

Я шагнул назад зарывшись в снег, не преграждая ее путь, она вытащила свой меч—настоящий меч. Темная, пылающая аура, которую я видел, как она использовала в борьбе с гигантским монстром в зоне конвергенции, вспыхнула вокруг красного лезвия, превратив его в черное.

На этот раз, однако, он был гораздо более приглушенным, менее диким и опасным.

Затем Каэра занесла меч вперед, и темное пламя жахнуло наружу, сделав канал в снегу, по крайней мере, на двести ярдов.

Она повернулась назад и подошла ко мне, положив в ножны длинное изогнутое лезвие. Вырвав покрывало обратно и накрутив на плечи, она показала мне почти в детскую ухмылку. "Ты выглядишь уставшим, Грей. Ненадолго, дай мне вести."

"Этот прием более впечатляющий, чем тот, который видел в первый раз" пробормотал я, стряхивая снег со своей одежды.

Грубо фыркнув, Каэра повернулась и начала идти по широкому пути, который она сделала.

Я следовал за ней, мой разум был полностью занят способностью Каэры. Когда она использовала свою силу в зоне конвергенции, моей задачей было не умереть, из-за чего я не смог нормально рассмотреть способность. Однако, в этот раз, я наблюдал внимательно, как появилась темная аура и пульнула потоком черного огня.

Пламя не выделяло тепла. Оно уничтожало без сожжения, как фиолетовый огонь руны Разрушения, но она не использовала эфир. В зоне конвергенции это же пламя прошло сквозь атаку титанического стража, буквально прорезав путь прям как световой луч.

Я вспомнил о битве с Нико, когда он контролировал темное пламя, чтобы уничтожить мой грозовой шторм. Способности Каэры казались похожими, способными уничтожать энергию, и материю. Потом я подумал о душевном огне Кейдела(Cadell’s soulfire), как оно смогло сжечь чью-то жизненную силу насильно изнутри, не позволив даже вивуму исцелять.

Потом кое-что, о чем я долгое время не думал, мне вспомнилось. Я гулял по лесу с Виндсомом, моим асурийским защитником и наставником. Птицы щебетали. Солнце светило сквозь листья на его старое мудрое лицо в крапинку, пока мы шли. Он рассказывал о разных расах асур и их магии.

Он описывал природу эфира, хотя и пытался общаться на "языке меньших" и решил называть его "искусством маны творения". Вритра в основном состояла из василисков, расы, которая использовала искусство маны гниения, хотя он никогда не давал мне другого названия для этого.

Это то, что использовала Каэра? Уникальная девиантная форма магии основанная на мане?

Я следил за волосами Каэры, которые прыгали вокруг ее ониксовых рогов, пока она шла спереди, как будто ее ничего не волновало(ее ничто не касалось). Она была невероятно талантлива—также как и уверена в своих способностях. Когда я впервые увидел, как она дралась, мне это напомнило себя.

Ни для кого не было секретом, что Агрона и его василиски спаривались с жителями Алакрии. Очевидно, что Каэра была результатом таких экспериментов, но скрыла происхождение, когда мы впервые встретились в Реликтомбах—используя самое сильное умение только тогда, когда не было другого выхода.

Что-то в этой зоне вскрыло ее маскировку, но даже впервые встретившись, когда была с двумя охранниками, она прятала свои рога.

Почему?

“Верно? Лично я думаю они горячие." (¬‿¬)

Когда мы достигли конца пути, проделанного силой Каэры, снег был достаточно глубоким, чтобы канал превратился в туннель.

Вместо круглого, закрученного ледяного тоннеля, однако, была пятнадцатифутовая глубокая пещера в снегу, которая была грубой и неточной, как будто десяток детей выкопали ее голыми руками.

Не имея тепла, чтобы растопить снег, позволяя ему замерзнуть и затвердеть, туннель казался небезопасным для входа—но это не все, что меня беспокоило.

Каэра подняла меч до плеча и направила его вперед, но я протянул руку. "Я не думаю, что твоя сила лучше всего подходит для таких вещей. Побереги силы. Основываясь на моем опыте в Реликтомбах, скоро что-нибудь попытается нас убить".

"Уступаю. Предложения, Грей?"

Насколько я могу судить, мы все еще были в четверти мили или дальше от круглой выпуклости, которую мы видели на краю кратера. Порошковый снег делал передвижение по нему неудобным, из-за того, что мы тонули с головой на каждом шагу.

"Ты можешь взорвать туннель эфиром" предложил Реджи.

Я уже думал об этом, но цена эфира, чтобы использовать Формы Рукавицы для чего-то столь мирского, как бурение дырки в снегу, казалась безрассудной. Бурение...

Реджи, ты гений.

"Я... знаю?" Я чувствовал замешательство моего друга, и уже готовился.

С этим я подозвал Реджи, чтобы тот подошел к моей руке, чтобы помочь вытащить эфир, который я выпущу из своего ядра. Я не создал большой взрыв эфира, как будто готовился к атаке, но вместо этого я выпустил небольшой всплеск эфирной энергии.

Пока я лил эфир через руку, я хотел, чтобы эфир образовывал, а не выплескивал, до тех пор пока материализация не потухла на ладони; это было чем-то новеньким, и нуждалось в большем контроле, чем простой всплеск энергии.

Глубоко вздохнув, откинув бродячие мысли Реджи и скучный взгляд Каэры, я пытался снова—и снова.

После четвертой попытки эфир наконец-то материализовался в виде круглого шара, который рассеялся, как только вышел из ладони. После седьмой попытки эфир принял форму сферы, которая становилась больше, из-за того, что я скармливал ей большое количество эфира.

Потребовалась каждая капля моей концентрации, чтобы мерцающий фиолетовый шар не рассеивался по мере того, как он рос до моего роста. Потом я толкнул, загоняя эфирную сферу вперед в снег.

Несмотря на использование маленькой доли эфира, которой требовалось бы для полного эфирного взрыва, большой эфирный шар пробурил более чем двадцать футов снега, прежде чем он исчез, оставив за собой круглый, статичный туннель, по которому мы могли бы легко пройти.

"Достаточно хорошо," пыхтел я. Я надеялся превратить эфир в конусообразную дрель, но видимо даже неполноценная сфера едва возможна , я быстро остановился на чем-то более простом.

"Знаешь это именно то, о чем я думал.”

Конечно, как иначе, дразнил я.

Каэра осторожно вошла в туннель, ее рука пробежалась по стене и потолку, пока она осторожно исследовала мою ручную работу. "Умно. Можешь повторить?"

Кивнув, я сказал: "Я должен быть в состоянии добраться до купола, не иссушившись полностью, да".

Она отошла в сторону, галанто пригласив в туннель. "После вас, мой могучий товарищ."

Будь то из-за того, что я устал от концентрации, которая уходила на эфирное заклинание—если это вообще можно так назвать— или просто потому, что я гордился своим достижением, я в общем-то немного посмеялся перед тем, как снова накопить эфир в правой руке.

***

Немного отдохнув после каждых нескольких использований эфирной пушки, которую Реджи быстро окрестил, я смог держать ядро полным на всякий случай, если мы наткнемся на что-нибудь враждебное под снегом. Однако я воспринял это как хороший знак потому что, что ни на что не наткнулись, и в течение часа мы нашли то, что искали.

Позади меня Каэра держала сияющий артефакт, свет которого открывал нам гладкую, сверкающую белую стену. Я пробежался рукой по холодному камню.

"Я никогда не видел ничего похожего на это—как будто мороз превратился в камень," сказал я, очищая снег с внешних краев туннеля. Моя эфирная сфера даже не поцарапала поверхность. "Будем надеяться, что где-то есть дверь".

Используя свое новое эфирное пушку-заклинание, я начал открывать перед нами пространство за белым куполом. Где бы не прикасалась сияющего камня, кружившая фиолетовая энергия, моя сила, казалось, рассеивалась, прокатываясь по гладкой поверхности, как вода по воску.

Затем, с последним импульсом эфира, золотисто-белый свет пролился от арочной двери в куполе, в результате чего наш снежный туннель загорелся так ярко, что мне пришлось защитить глаза.

Каэра подняла руку, чтобы заблокировав блики. "Надеюсь, что свет исходит от добротного, теплого костра."

Мерцание уходило со сверкающими звездами в глазах, я достал белый кинжал, влил в свое тело эфир и осторожно подошел к проходу под аркой.

Внутри было не совсем то, чего я ожидал.

Купол был около сорока футов в высоту до вершины, и почти сто футов в ширину. Пылающие шары света дрейфовали по воздуху, как бумажные фонарики. Платформа возвышалась в центре пещерной комнаты, и на ней была красиво вырезанная арка.

Или то, что от нее осталось.

Несмотря на то, что платформа имела ширину двадцать футов и была поднята на десять футов над уровнем пола, она все равно выглядела маленькой и покинутой в огромном, пустом пространстве. Внутри купола царила атмосфера заброшенности и утраты, из-за которой по коже бегали мурашки.

Рядом со мной Каэра сказала: "Выглядит... сломанным".

Просканировав комнату еще раз, чтобы убедиться, что в ней нет врагов, цепляющихся за потолок или ползающих по стенам, я вошел в купол, затем медленно пересек открытое пространство и до лестницы, ощущая себя полностью голым.

У подножия лестницы была куча случайных предметов. Каэра встала на колени, чтобы их осмотреть.

"Кости, в основном, но посмотри на это?"

Она держала чистый белый наконечник стрелы. "Похоже, он сделан из того же материала, что и купол.” Я взял его у неё и потер между пальцами; холодное на ощупь и шелковисто-гладкое. "И посмотри на это."

Ее пальцы были обвиты кожаной нитью с большими изогнутыми когтями, похожими на когти ястреба или орла, но более крупными.

"Сделано из чего-то родного для этой зоны, я полагаю" сказал я, нажимая кончиком пальца на один из когтей. Я сморщился, как только капля крови проявилась на кончике пальца. "Чертовски острый."

"Из чего именно сделано, интересно," спросила Каэра, бросив когтистое ожерелье обратно в кучу.

Хотя меня интересовали предметы и то, что они могут рассказать нам об этой зоне, я был больше заинтересован в том, как выбраться из нее. Переступив через рассеянные объекты, я поднимался по лестнице, перешагивая две ступеньки за раз, пока не добрался до вершины платформы.

Арка была десять футов высотой и такой же шириной. Я пробежался пальцами по эскизам, которые были невероятно детализированными, на которых были играющие животные в садах, полных впечатляюще сделанных растений и цветов.

Но Каэра была права. Несколько кусков арки отсутствовало, если предположить, что это был портал из этой зоны, это означало что мы застряли.

Автор перевода:UPDATED: 19.12.2020

Пронзительная боль, распространившаяся по всему телу, вырвала меня из сна. Я не мог даже поныть, пока мои глаза еле открылись.

Только когда я глянул на выжженное что то походящее на длинный, пустующий коридор, воспоминания о случившемся вспыхнули передо мной: Риа, одержимая восходящим кровей Вритры, смерть Эзры, падение Келона в пустоту, мое использование Разрушения, чтобы убить восходящего, и фиолетовое пламя, попавшее на Хедрига.

Хедриг! Я напрягся, как только подумал о зеленоволосом восходящем, вызывая органоразрушающую боль, которая вспыхнула во мне еще раз.

"Первое, что ты делаешь, когда просыпаешься, это беспокоишься о каком-нибудь случайном восходящем, которого встретил несколько дней назад, а не о своем любимом товарище?" сказал мне знакомый голос, пусть даже по тону немного выше нормального. "Понимаю каково это.”

Реджи! Что произошло?

"Я расскажу тебе, что произошло!" Реджи не выдержал, его почти детский голосочек, с оттенком разочарования.

Черная тень появилась из грудины, показывая моего теневого товарища... похожего на.

"Посмотри на меня!" Реджи лаял, плавая в нескольких футах надо мной. Когда-то громадный теневой волк, который был достаточно большим, чтобы взрослый мужик мог легко ездить верхом, был теперь, не подобрав лучшего слова, щенком. У него все еще были волчьи черты, теневой хвостик, четыре черные лапки и рожки на голове, но теперь он был только размером с мою голову.

"Я вижу, ты... поубавил в весе", проскрипел я, морщась от боли.

"Хехехе," высмеивал Реджи, посмотрев на меня. "Я дал бы тебе пощечину, если бы у меня была сила взрослого тела."

"Это”—Я махнул рукой в его сторону, указывая на его уменьшительную форму—”произошло потому что нам пришлось исчерпать весь наш эфир?" спросил я.

Мой щеночек-дружочек закатил большие глаза. "Нет. Я стал таким, чтобы воплотить свои мечты в жизнь как чей то дружок по объятиям."

"Я видел, как тебя отбросило в одно из зеркал" сказал я, игнорируя его сарказм. "Что случилось после этого?"

Реджи на мгновение подумал, потерев подбородок маленькой лапкой. "Я точно не помню. Я просто продолжал падать в пустоту, пока не потерял сознание, а потом снова оказался в твоем теле с раскалывающейся головной болью".

Я вздохнул с облегчением, рад, что в будущем у меня будет меньше поводов для беспокойства, когда я буду сражаться бок о бок со своим теневым товарищем.

Желая двигаться, я попытался оттолкнуть себя от земли. Когда в моем сердце оставалась едва ли лишняя щепотка эфира, и боль исходила от каждого сантиметра моего тела, я даже не мог присесть, не говоря уже о том, чтобы встать на ноги.

Не имея сил и с головной болью, достаточно сильной, чтобы мешать мне медитировать, я откинулся назад и позволил своим мыслям блуждать. Воспоминания и эмоции, которые я накапливал и хранил в глубине души, стали всплывать—воспоминания и эмоции о друзьях и семье возвращаясь в Дикатене.

Я так старался нагрузить себя, даже не давая себе времени подумать о болезненных воспоминаниях о жизни, которую я оставил позади. Наблюдая за трагедией семьи Гранбел, которая проигралась, должно быть из за нее прорвалась плотина, которую я бессознательно строил, чтобы сдерживать эмоции. Я боялся, что существует реальная вероятность того, что я встречусь лицом к лицу с безнадежными шансами на то, что захочу снова увидеть свою семью и друзей когда-нибудь, это полностью поглотит меня, если буду думать о них слишком часто.

Но что было еще страшнее, так это то, что я чувствовал, как медленно забываю их лица и голоса. Узнать их не было проблемой, но иметь возможность представить их в моем воображении... это становилось все сложнее.

Мое тело медленно восстанавливало запасы эфира, и боль от ответной реакции начинает притупляться, я оттолкнул лица Элли и моей мамы, застывшие в моем сознании с выражениями скорби и отчаяния.

Медленно вставая на ноги, я вытащил мёртвую реликвию, которую спрятал в кармане, подтвердив собственными глазами, что некогда чёрный камень теперь был мутным белым кристаллом. Желая узнать, для чего он предназначен, я влил в него скудные остатки эфира, которые у меня остались.

Ничего не произошло.

"Ты сломал его?" спросил Реджи.

Я не думаю? Я спрятал непрозрачный кристалл обратно в карман. Нам придется изучить его намного позже; когда я не буду чувствовать себя почти мертвым.

Сместив взгляд, я заметил, что для меня из куска одежды была сделана(скручена) самодельная подушка. Бессмысленные эмоции привязанности к этим Алакрианам, с которыми я только что познакомился, начали проявляться, зажав мое нутро. Повертев головой, я задал вопрос, который боялся задать с тех пор, как проснулся.

"Кто жив?"

"Иди проверь сам. Они вон там,” буркнул Реджи, указывая налево пухленькой лапкой. "Теперь, извини меня, я буду прятаться в теле, пока не смогу снова впитывать эфир самостоятельно. Не зови без срочной надобности."

Я поднял бровь. "А ты вообще полезен в своем состоянии?"

"Ой, захлопнись," он резко ответил перед тем, как исчез в моем теле.

Вздохнув, я осмотрел выжженные останки комнаты зеркал. Так же, как и будущее, которое я видел внутри ключ-камня, зал был окрашен в черный и красный цвета, фонтан разбился, и вода проливалась по кругу. Многие зеркала были разбиты, открывая бесконечную пустоту, в которую упал Келон.

Ключ-камень...

Я оглянулся, но кубовидной реликвии нигде не было видно.

"Он рассыпался после того, как ты вырвался из транса," сказал Реджи.

Черт подери! Я надеялся, что, возможно, будет еще одна возможность для меня, чтобы погрузиться в ключ-камень, еще один шанс, чтобы построить знания, которые я получил. Если бы это глупое дите не выпустило восходящего кровей Вритры—

Я отшатнулся от мысли. Это "глупое дите" заплатило за свою ошибку жизнью. Злиться на него сейчас не было причин, и не было никакой возможности вернуть вспять то, что было сделано.

Если бы..

Ключ-камень не показал мне будущее, где я мог буквально повернуть вспять время самой смерти. Я прощупал свой разум на наличие божественной руны, и пока я чувствовал ее там, я не мог сказать, что она сделала.

Как бы там ни было, я узнал все, что я был способен понять из ключ-камня. Вот почему он вытолкнул меня, я уверен. Я бы просто попробовал снова, чтобы увидеть, что он может делать...

Несмотря на бардак в комнате после нашей битвы, поиск остальных не занял много времени.

И как я ожидал, остались только Хедриг и Ада. Хедриг стоял на коленях у чудовищных останков разрушенного тела Эзры. Единственный оставшийся родич Гранбелов лежал на земле возле своего зеркала, которое, к счастью, осталось нетронутым. Призрак был несвязан, но он был без сознания.

Ада в зеркале, настоящая Ада, также лежала на земле, все ее тело дергалось от всхлипов.

Она, должно быть, видела все, что случилось, понял я, встревоженный до ужаса. Я подумал о битве у Стены—как я в панике искал своего отца, и как я нашел его слишком поздно...

Я протянул руку и коснулся зеркала, и вдруг услышал, как она давилась, сумасшедше рыдая. "Прости, Ада."

Будем надеяться, что это сработает, я думал, но я засомневался, прежде чем активировать новую божественную руну. Это было похоже... на экзамен, на котором требуется активировать ее(руну), привести опыт в реальный результат, практику ключ-камня. Использовав единожды, я буду знать, что она может сделать—а чего не может.

Как бы то ни было, это должно быть сделано. Со стальными яйцами(Я придался решимости) я направил эфир в божественную руну.

Знакомое тепло исходило из моей нижней части спины вместе с потоком знаний конкретного закона аэвума, полученного через ключ-камень. Подобно моему пламени Разрушения и Божественному Шагу, закон превратился в то, что я смог воспринимать, проявив себя в форме, которая имела для меня смысл.

С моей руки начали разлетаться пылинки пурпура, вращающиеся вокруг, как будто я был в миниатюрной галактике. Ада посмотрела вверх, растерянность и удивление на мгновение взяли верх над отчаянием, и она начала исчезать, превращаясь в розовый туман, который вылетел из зеркала и вернулся в тело.

Густой черновато-фиолетовый дым был изгнан из ее пор и засосан обратно в зеркало. Фантом появился снова в тюрьме, с видом чистой ненависти на скрученной копии лица Ады.

У моих ног, тело Ады дернулось и ее глаза открылись. Она отбежала, подальше от зеркала, ее глаза широко раскрылись от страха. Хедриг наклонился вниз и положил руки на плечи, заставляя ее кричать.

"Тише, Ада, это я, это лишь я. Тише."

Достав костяной-белый кинжал, который когда-то принадлежал брату Каэры, я первым делом направил его в зеркало Ады, разбив само зеркало и уничтожив фантома навсегда.

Когда я повернулся, Ада зарылась головой в грудь Хедрига, ее маленькая фигура дрожала, пока она выла так горестно, что я просто не мог подойти ближе.

Это те самые Алакриане, люди, которые растоптали Дикатен, ответственные за смерть стольких людей, которых я знал, любил. Мне следует наслаждаться их несчастьями и страданиями.

Так почему? Почему в груди все сжалось, как промокшее полотенце?

Но даже так, дело было не только в них. Разочарование и сожаление, которые я чувствовал—чувство потери от того, что я не смог узнать—грызли меня изнутри, и я ничего мог не поделать с этим, но желаю, потому что не вижу потенциального будущего.

Несмотря на то, что я открыл новую руну бога, теперь было ясно, что я смог понять только часть желанного в полной мере. И с исчезновением ключ-камня, мое родство с аэвумом, какое бы слабое оно ни было, у меня, возможно, никогда не будет шанса научиться этому снова.

"Реквием Эйровы(Aroa can be pronounced EYROWAH)", прошептал я. В потоке испытавшего познания, подпись, похожая на имя, отложилась в памяти заклинания само. Это было поэтично и красиво, но для меня это оставалось лишь напоминанием о том, каким заклинанием могло бы быть.

Заклинание, которое могло бы спасти Келона, Эзру и Рию—заклинание, которое могло бы даже вернуть моего отца.

По крайней мере, я спас Хедрига и Аду, я думал, без энтузиазма, в провальной попытке увидеть что то хорошое в будущем, которым я окончил. И я могу освободить застрявших в ловушке восходящих, не останавливаясь, пробуя.

Я отвлекся от них, обращая внимание на бесчисленное множество целых зеркал, в которых находились восходящие, большинство которых изучало меня с уважением... а некоторые даже страхом.

Оставив Хедрига присматривать за Адой, я начал искать определенное зеркало рядом с фонтаном. Не прошло много времени, чтобы найти восходящего, которого обещал освободить, хотя его зеркало поцарапалось и треснуло, его зеркальная тюрьма осталась нетронутой.

"Я человек слова," сказал я, прижав руку к прохладному стеклу. Глаза восходящего расширились от шока, как только пылинки эфира начали вращаться вокруг моей руки и начали заделывать многочисленные трещины, которые повредили поверхность зеркала. "Хорошо отдохни," я прошептал, как только он исчезал

"Спасибо."

Когда восходящий полностью исчез, я глубоко вздохнул. Отойдя от зеркала, я посмотрел вниз на свою ладонь. Несколько следов эфирных пылинок продолжали медленно двигаться вокруг моей руки по орбите медленно рассеиваясь, оставляя меня с ощущением пустоты.

В отличие от Божественного Шага или Разрушения, эта руна не расходовала большую часть моих запасов эфира. Даже при ограниченном количестве эфира в моем ядре, я был уверен, что смогу освободить всех оставшихся восходящих.

Тем не менее, несмотря на эту новую способность, которую я открыл, у меня осталось горькое послевкусие.

Ключ-камень мог бы открыть более глубокое и мощное проникновение аэвуом, но из-за моего отсутствия понимания, у меня был только кусочек целого.

Самая малая часть целого...

Теперь, когда я полностью понял руну, я знал, что эта способность может влиять только на неорганические объекты, такие как зеркала.

“Положительные стороны, с помощью этой способности ты можешь превращать мертвые реликвии в настоящие, которые можно использовать," вмешался Реджи.

Я свернул пальцы в тугой кулак. Ты прав.

Несмотря на ограничения, возможность возврата времени была чем-то, чем даже Кезесс Индрат(Kezess Indrath) не может управлять, и хотя я не мог использовать его в бою—или вернуть тех, кого я потерял—это не означало, что я не мог в полной мере пользоваться его функционалом. Я просто хотел, чтобы Баллада Рассвета все еще была со мной, чтобы я мог вернуть меч, выкованный асурами, в его былое состояние.

Я вытащил некогда мертвую реликвию из кармана, чтобы осмотреть ее еще раз. Края прозрачного кристалла теперь тускло светились. Теперь, когда я вернул больше сил, я втолкнул в камень больше эфира, но все равно ничего не случилось. Кажется, что вместо того, чтобы быть активированной эфиром, реликвия имеет некоторый период перезарядки, прежде чем ее можно будет использовать снова. По крайней мере, я на это надеялся.

Прокладывая свой путь через оставшиеся зеркала, я продолжал напрягать мою недавно приобретенную божественную руну, чтобы освободить души восходящих попавшие внутрь ловушки до тех пор пока последняя из них не исчезла, с не поверившей улыбкой на ее уставшем лицо.

Холодный белый зал слегка потускнел и переключился на более теплый тон. Вдалеке появился полупрозрачный портал в одном из пустых зеркал, точно так же, как и в изображении, которое я видел на одном из граней двенадцатигранн?