X
X
Глава - 83: Ярость Куинхан
Предыдущая глава
Eng
Следующая глава
Этот парень был ничем! Я стоял в метре от него, мне просто нужно было протянуть руку и схватить Ядро Суань... И тогда я мог бы легко вернуться в Город Серебряного Шторма... Я бы мог так легко достичь своей цели! Я не могу поверить, что позволил этому парню обмануть меня! Я знал, что такой трюк невозможен... в том, что меняются цвета Суань Ци, нет никакого смысла... как он обманул меня? Я самый большой идиот в мире! Чёрт возьми! Черт меня... В то время как Третий Старейшина был занят раскаянием, все остальные эксперты нервно смотрели на Одинокого Сокола, опасаясь, что в случае, если он решит бежать, то никто не сможет догнать его, даже Ши Чжан Сяо! Ши Чжан Сяо яростно взревел, а затем взлетел в небо, как парящий дракон: – Сокол! Ты хотел сражаться со мной, а? Давай драться! Капли дождя начали разлетаться от его тела под действием его огромной Суань Ци и начали падать на лица других присутствующих людей! Одинокий Сокол громко рассмеялся, потом убрал Ядро Суань в свою одежду: – Хорошо, давай! – он расправил руки, как ястреб, и его тело тоже начало подниматься в небо! Два мастера на пике Суань Духа официально признали свою конфронтацию! Фэй Мэн Чен, Три Старейшины Города Серебряного Шторма, шесть помощников Ши Чжан Сяо и десять учеников Ли Ву Бэя, все одновременно прыгнули в небо; все они двигались к одному человеку: Одинокому Соколу! Одинокий Сокол рассмеялся и взревел: – Это будет весело! Громкий взрыв прозвучал, когда фрагмент его Суань Ци вырвались из его тела и, словно ударной волной, ударило всех, бегущих к нему. Одинокий Сокол остался стоять на земле, прямо... готовый к битве! [Я тоже не знаю, почему он в предыдущем предложении взлетел в воздух, а теперь снова встал на землю, но так написано. Может, косяк анлейтера, может, автора - п.п.] ~ Резиденция Цзюнь ~ Гуан Куинхан мысленно вернулась на пару часов назад. События этого дня были похожи на мечту романтика; её сердце почувствовало абсолютное отчаяние и страх в один момент, а уже в следующий она оказалась довольна и счастлива. Хотя мой собственный отец оставил меня в свой час нужды, но, поскольку у меня есть такой великий дядя и такой удивительный деверь, почему я должен бояться чего-нибудь? Это похоже на то, что Мосе сказал... "Постыдная жизнь не имеет смысла!" [кстати, прошу прощения, в нескольких предыдущих главах я писал, что Мосе приходится Куинхан шурином. На самом деле брат мужа - это деверь. - п.п.] Неужели Поместье Сюэ Хун действительно непобедимо? Даже если они действительно непобедимы... Они могут убить нас... и мне не придётся беспокоиться о сложности этого мира; так почему я должна бояться смерти? Я не могу представить, что у этого извращенца будет скрыт такой героический дух внутри. Он доказал, что он настоящий сын семьи Цзюнь! И он доказал, что он и правда младший брат Мо Ю. Мо Ю, если бы ты был здесь сегодня... Ты сделал бы такой же выбор? Да, конечно... в этом нет никаких сомнений. Куинхан чувствовала себя неудобно, думая о Мо Ю. Как это было раньше... а теперь боль её сердца казалась... очень далёкой теперь... Она шла, опустив голову, и не понимала, что почти уткнулась в человека. Перед дверью её дома стояла крепкая фигура. Этот человек был её биологическим отцом; Гуан Донглю! Одежда Гуана Донглю пропиталась водой, так как он долго стоял под дождём. Несмотря на то, что его лицо было холодным, его печальных глаз было достаточно, чтобы выразить боль его сердца, когда он посмотрел на свою дочь, но ничего не смог сказать ей. Куинхан молча смотрела на него, не в силах найти слов, чтобы начать разговор. Поэтому этот дуэт отца и дочери стоял неподвижно под дождём, попав в странный и бессловесный мир своего собственного опустошения. Вдруг двор осветила вспышка молнии, обнажившая печаль и беспокойство на лице Гуана Донглю. Гуан Куинхан внезапно вспомнила о детстве и о том, как её отец беспокоился ней, и вдруг её сердце смягчилось. Её выражение лица изменилось и она прошептала: – Папа... – Куинхан, ты обвиняешь своего отца? – Гуан Донглю посмотрел на свою дочь сквозь дождь, который льется ему на голову. Куинхан покачала головой, когда чувство любви переполнило её сердце. – Я не обвиняю тебя, отец! Ты мой отец; но до этого... ты – глава семьи Гуан. И как глава семьи, ты должен нести бремя тысяч жизней и их судьбы на своих плечах. Я понимаю твоё положение, папа... Гуан Донглю вздохнул и грустно склонил голову. Но через секунду он поднял её, обнажив свой твёрдый взгляд: – Куинхан, твой отец, жалеет о том, что сделал. Если бы у меня был шанс вернуться во времени, то... я... я... Глубокие глаза Гуана Донглю отчётливо показывали интенсивную борьбу, которая происходила в его сердце, когда он, наконец, закончил свою фразу: – ...я бы по-прежнему сделал тот же выбор! Как глава семьи... Я, вероятно, никогда не смогу стать для тебя хорошим отцом, но я... Гуан Куинхан покачала головой: – Не говори, что... не... – она вдруг поняла, что её отец промокает под дождём и быстро сказала. – Папочка, пойдём внутрь и поговорим. – Нет, давай говорить прямо здесь... под дождем. По крайней мере, я чувствую себя трезвым... У меня есть много чего я хотел сказать, но я не знаю, смогу ли я сказать это, если мы войдём внутрь! – Гуан Донглю с горечью усмехнулся. – Поместье Сюэ Хун и всё это дело... хотя это сейчас не имеет значения, но есть ещё несколько вещей, о которых, я думаю ты должна знать... Гуан Куинхан вздохнула и сказала: – Пожалуйста, скажи мне, отец... – Когда мы получили это предложение от поместья Сюэ Хун, несколько Старейшин "посоветовали" мне немедленно принять это предложение, – Гуан Донглю болезненно закрыл глаза и посмотрел вверх в небо, не в силах больше видеть бледное лицо своей дочери. – Мы не способны провоцировать усадьбу Сюэ Хун, но, если ты выйдешь замуж за Ли Дэн Юна, тогда наша семья смогла бы наладить с ними хорошие отношения, и мы могли бы подняться по лестнице, что не только бы не принесло семье никакого вреда, но и поработало бы в интересах Семьи... Гуан Куинхан мягко прикусила губы и всхлипнула, а её глаза стали темнеть от гнева; предыдущее ледяное выражение её лица снова поглотило её. – В нашем доме было два разных мнения по этому вопросу; Куинбо всегда был честолюбив и хотел доминировать во всем юго-восточном регионе, и поэтому он призвал меня ответить согласием, – голос Гуана Донглю стал ещё мягче, – Куинью и твоя мать настояли, чтобы я не соглашался на это предложение; твоя мать... Твоя мать умывалась слезами каждый день с тех пор... Тело Куинхан пробрала дрожь, и слёзы вырвались из её глаз. – Позднее поместье Сюэ Хун выдвинула ещё одно условие. Они добавили, что, хотя ты и выйдешь замуж за представителя их Семьи, ты не получишь титул «первой жены», но ты будешь иметь такой титул неформально. Куинбо встретился с Ли Цзэ Тяном, чтобы оспорить это предложение, но ему отказали! Тон речи Гуан Донглю ясно указывал на его печаль: – После этого Куинбо, Куинью и я отправились в город Тянсян, чтобы поговорить с тобой... – Я даже не знаю, что я в глазах Семьи... товар? Или, может быть, козырь? Что-то, чем они могут просто торговать для роста Семьи? Это всё, что я есть? Куинхан недовольно улыбнулась: – Я не возражала, когда эти две семьи решили объединиться. Хотя тогда я не знала о героическом характере Мо Ю, и я не знала, будет ли он когда-либо стыдить или унижать меня, но я всё равно не могла возражать в любом случае; потому что это решение было для Семьи, и мне не дали выбора. Когда я трижды встречалась с ним, я поняла, что он очень благородный человек, и я полюбил его по-настоящему. И я действительно была очень довольна, что Семья приняла это решение, и я была очень благодарна вам за организацию этого брака... Гуан Донглю, казалось, знал, что она собирается сказать, и поэтому просто склонил голову. – Но позже, когда Мо Ю умер за страну... он умер героем! И да, я бы всю жизнь провела как вдова! И хотя я уже была готова провести свою жизнь в качестве вдовы, и хотя я уже собиралась убедить тебя, мать и Старейшин Семьи в этом. Но в то время Старейшины фактически единодушно решили, что я ДОЛЖНА провести свою жизнь как вдова в семье Цзюнь! Причина в том, что семья Гуан не хотела потерять патронаж семьи Цзюнь! Будучи дочерью семьи Гуан, я использовалась, как долгосрочная инвестиция! Гуан Куинхан издевательски рассмеялась: – В то время, хотя они пытались втянуть меня в это, я не возражала, потому что я хотела сделать то же самое в любом случае... Но я делала это в память о моём муже, тогда как Семья просто использовала меня в качестве козыря... инструмента для поддержания отношений между двумя Семьями! Мне никогда не было так стыдно за мою жизнь! Стыдитесь! Самая красивая мечта девушки была разрушена, но даже тогда её вдовство использовалось как товар её Семьёй! Отец, сколько раз ты, сколько раз семья Гуан использовала влияние и помощь Семьи Цзюнь для расширения своего контроля и дел за последние несколько лет?! И теперь, когда ветер идёт против нас, и есть ещё одна Семья, более могущественная, чем Семья Цзюнь, Старейшины Семьи Гуан фактически сразу же согласились изменить свою позицию? А теперь они ещё и просят меня выйти замуж?! Папа, что это за идеи? Разве не достаточно, чтобы они однажды заставили меня выйти замуж? Разве я чужая, не твоя дочь? И более того, я невестка твоих благодетелей! А теперь вы хотите продать дочь снова?

Этот парень был ничем! Я стоял в метре от него, мне просто нужно было протянуть руку и схватить Ядро Суань... И тогда я мог бы легко вернуться в Город Серебряного Шторма... Я бы мог так легко достичь своей цели!

Я не могу поверить, что позволил этому парню обмануть меня!

Я знал, что такой трюк невозможен... в том, что меняются цвета Суань Ци, нет никакого смысла... как он обманул меня?

Я самый большой идиот в мире! Чёрт возьми! Черт меня...

В то время как Третий Старейшина был занят раскаянием, все остальные эксперты нервно смотрели на Одинокого Сокола, опасаясь, что в случае, если он решит бежать, то никто не сможет догнать его, даже Ши Чжан Сяо!

Ши Чжан Сяо яростно взревел, а затем взлетел в небо, как парящий дракон: – Сокол! Ты хотел сражаться со мной, а? Давай драться!

Капли дождя начали разлетаться от его тела под действием его огромной Суань Ци и начали падать на лица других присутствующих людей!

Одинокий Сокол громко рассмеялся, потом убрал Ядро Суань в свою одежду: – Хорошо, давай! – он расправил руки, как ястреб, и его тело тоже начало подниматься в небо!

Два мастера на пике Суань Духа официально признали свою конфронтацию!

Фэй Мэн Чен, Три Старейшины Города Серебряного Шторма, шесть помощников Ши Чжан Сяо и десять учеников Ли Ву Бэя, все одновременно прыгнули в небо; все они двигались к одному человеку: Одинокому Соколу!

Одинокий Сокол рассмеялся и взревел: – Это будет весело!

Громкий взрыв прозвучал, когда фрагмент его Суань Ци вырвались из его тела и, словно ударной волной, ударило всех, бегущих к нему. Одинокий Сокол остался стоять на земле, прямо... готовый к битве!

[Я тоже не знаю, почему он в предыдущем предложении взлетел в воздух, а теперь снова встал на землю, но так написано. Может, косяк анлейтера, может, автора - п.п.]

~ Резиденция Цзюнь ~

Гуан Куинхан мысленно вернулась на пару часов назад. События этого дня были похожи на мечту романтика; её сердце почувствовало абсолютное отчаяние и страх в один момент, а уже в следующий она оказалась довольна и счастлива.

Хотя мой собственный отец оставил меня в свой час нужды, но, поскольку у меня есть такой великий дядя и такой удивительный деверь, почему я должен бояться чего-нибудь? Это похоже на то, что Мосе сказал... "Постыдная жизнь не имеет смысла!"

[кстати, прошу прощения, в нескольких предыдущих главах я писал, что Мосе приходится Куинхан шурином. На самом деле брат мужа - это деверь. - п.п.]

Неужели Поместье Сюэ Хун действительно непобедимо? Даже если они действительно непобедимы... Они могут убить нас... и мне не придётся беспокоиться о сложности этого мира; так почему я должна бояться смерти?

Я не могу представить, что у этого извращенца будет скрыт такой героический дух внутри. Он доказал, что он настоящий сын семьи Цзюнь! И он доказал, что он и правда младший брат Мо Ю. Мо Ю, если бы ты был здесь сегодня... Ты сделал бы такой же выбор? Да, конечно... в этом нет никаких сомнений.

Куинхан чувствовала себя неудобно, думая о Мо Ю. Как это было раньше... а теперь боль её сердца казалась... очень далёкой теперь...

Она шла, опустив голову, и не понимала, что почти уткнулась в человека.

Перед дверью её дома стояла крепкая фигура.

Этот человек был её биологическим отцом; Гуан Донглю!

Одежда Гуана Донглю пропиталась водой, так как он долго стоял под дождём. Несмотря на то, что его лицо было холодным, его печальных глаз было достаточно, чтобы выразить боль его сердца, когда он посмотрел на свою дочь, но ничего не смог сказать ей.

Куинхан молча смотрела на него, не в силах найти слов, чтобы начать разговор. Поэтому этот дуэт отца и дочери стоял неподвижно под дождём, попав в странный и бессловесный мир своего собственного опустошения.

Вдруг двор осветила вспышка молнии, обнажившая печаль и беспокойство на лице Гуана Донглю.

Гуан Куинхан внезапно вспомнила о детстве и о том, как её отец беспокоился ней, и вдруг её сердце смягчилось. Её выражение лица изменилось и она прошептала: – Папа...

– Куинхан, ты обвиняешь своего отца? – Гуан Донглю посмотрел на свою дочь сквозь дождь, который льется ему на голову.

Куинхан покачала головой, когда чувство любви переполнило её сердце.

– Я не обвиняю тебя, отец! Ты мой отец; но до этого... ты – глава семьи Гуан. И как глава семьи, ты должен нести бремя тысяч жизней и их судьбы на своих плечах. Я понимаю твоё положение, папа...

Гуан Донглю вздохнул и грустно склонил голову. Но через секунду он поднял её, обнажив свой твёрдый взгляд: – Куинхан, твой отец, жалеет о том, что сделал. Если бы у меня был шанс вернуться во времени, то... я... я...

Глубокие глаза Гуана Донглю отчётливо показывали интенсивную борьбу, которая происходила в его сердце, когда он, наконец, закончил свою фразу: – ...я бы по-прежнему сделал тот же выбор! Как глава семьи... Я, вероятно, никогда не смогу стать для тебя хорошим отцом, но я...

Гуан Куинхан покачала головой: – Не говори, что... не... – она вдруг поняла, что её отец промокает под дождём и быстро сказала. – Папочка, пойдём внутрь и поговорим.

– Нет, давай говорить прямо здесь... под дождем. По крайней мере, я чувствую себя трезвым... У меня есть много чего я хотел сказать, но я не знаю, смогу ли я сказать это, если мы войдём внутрь! – Гуан Донглю с горечью усмехнулся. – Поместье Сюэ Хун и всё это дело... хотя это сейчас не имеет значения, но есть ещё несколько вещей, о которых, я думаю ты должна знать...

Гуан Куинхан вздохнула и сказала: – Пожалуйста, скажи мне, отец...

– Когда мы получили это предложение от поместья Сюэ Хун, несколько Старейшин "посоветовали" мне немедленно принять это предложение, – Гуан Донглю болезненно закрыл глаза и посмотрел вверх в небо, не в силах больше видеть бледное лицо своей дочери. – Мы не способны провоцировать усадьбу Сюэ Хун, но, если ты выйдешь замуж за Ли Дэн Юна, тогда наша семья смогла бы наладить с ними хорошие отношения, и мы могли бы подняться по лестнице, что не только бы не принесло семье никакого вреда, но и поработало бы в интересах Семьи...

Гуан Куинхан мягко прикусила губы и всхлипнула, а её глаза стали темнеть от гнева; предыдущее ледяное выражение её лица снова поглотило её.

– В нашем доме было два разных мнения по этому вопросу; Куинбо всегда был честолюбив и хотел доминировать во всем юго-восточном регионе, и поэтому он призвал меня ответить согласием, – голос Гуана Донглю стал ещё мягче, – Куинью и твоя мать настояли, чтобы я не соглашался на это предложение; твоя мать... Твоя мать умывалась слезами каждый день с тех пор...

Тело Куинхан пробрала дрожь, и слёзы вырвались из её глаз.

– Позднее поместье Сюэ Хун выдвинула ещё одно условие. Они добавили, что, хотя ты и выйдешь замуж за представителя их Семьи, ты не получишь титул «первой жены», но ты будешь иметь такой титул неформально. Куинбо встретился с Ли Цзэ Тяном, чтобы оспорить это предложение, но ему отказали!

Тон речи Гуан Донглю ясно указывал на его печаль: – После этого Куинбо, Куинью и я отправились в город Тянсян, чтобы поговорить с тобой...

– Я даже не знаю, что я в глазах Семьи... товар? Или, может быть, козырь? Что-то, чем они могут просто торговать для роста Семьи? Это всё, что я есть?

Куинхан недовольно улыбнулась: – Я не возражала, когда эти две семьи решили объединиться. Хотя тогда я не знала о героическом характере Мо Ю, и я не знала, будет ли он когда-либо стыдить или унижать меня, но я всё равно не могла возражать в любом случае; потому что это решение было для Семьи, и мне не дали выбора. Когда я трижды встречалась с ним, я поняла, что он очень благородный человек, и я полюбил его по-настоящему. И я действительно была очень довольна, что Семья приняла это решение, и я была очень благодарна вам за организацию этого брака...

Гуан Донглю, казалось, знал, что она собирается сказать, и поэтому просто склонил голову.

– Но позже, когда Мо Ю умер за страну... он умер героем! И да, я бы всю жизнь провела как вдова! И хотя я уже была готова провести свою жизнь в качестве вдовы, и хотя я уже собиралась убедить тебя, мать и Старейшин Семьи в этом. Но в то время Старейшины фактически единодушно решили, что я ДОЛЖНА провести свою жизнь как вдова в семье Цзюнь! Причина в том, что семья Гуан не хотела потерять патронаж семьи Цзюнь! Будучи дочерью семьи Гуан, я использовалась, как долгосрочная инвестиция!

Гуан Куинхан издевательски рассмеялась: – В то время, хотя они пытались втянуть меня в это, я не возражала, потому что я хотела сделать то же самое в любом случае... Но я делала это в память о моём муже, тогда как Семья просто использовала меня в качестве козыря... инструмента для поддержания отношений между двумя Семьями! Мне никогда не было так стыдно за мою жизнь!

Стыдитесь! Самая красивая мечта девушки была разрушена, но даже тогда её вдовство использовалось как товар её Семьёй!

Отец, сколько раз ты, сколько раз семья Гуан использовала влияние и помощь Семьи Цзюнь для расширения своего контроля и дел за последние несколько лет?! И теперь, когда ветер идёт против нас, и есть ещё одна Семья, более могущественная, чем Семья Цзюнь, Старейшины Семьи Гуан фактически сразу же согласились изменить свою позицию? А теперь они ещё и просят меня выйти замуж?!

Папа, что это за идеи? Разве не достаточно, чтобы они однажды заставили меня выйти замуж? Разве я чужая, не твоя дочь? И более того, я невестка твоих благодетелей! А теперь вы хотите продать дочь снова?

Предыдущая глава
Назад
Следующая глава
Сообщить об ошибке
<<<